* * *





Рейтинг@Mail.ru

Экстремальный портал VVV.RU

7 вершин мира

← Назад

КИЛИМАНДЖАРО 5895м. (Африка) 18.09.2004г. 06-50

Африка. Килиманджаро.
с 13 по 24 сентября 2004 года.
18 сентября 06.50, Пик УХУРУ

Килиманджаро — вулкан на северо-востоке Танзании, высочайший пик Африки Высшей точкой горы является пик Ухуру вулкана Кибо, 5895 м. Пик был впервые покорён Гансом Майером в 1889 г. На языке суахили Килиманджаро означает «сверкающая гора» — весьма подходящее название для этого колоссального вулкана, покрытого белоснежной шапкой. В 2003 году учёные пришли к выводу, что расплавленная лава находится всего в 400 метрах под кратером главной вершины Кибо.

После пятичасового перелёта аэробус приземлился в Кении. Африку я всегда представлял самой загадочной и дикой страной на земле. Уже через несколько минут после приземления я понял, что Африка ещё и умеет своеобразно шутить, что это интересная страна, где серьёзные слова воспринимают как шутку, а шутку — всерьёз.

Так получилось и со мной. Оказалось, что тот, кто должен был меня встретить в аэропорту Найроби и сопроводить до Танзании, вообще не приехал. Вместо него ко мне подошла какая-то африканка в форме служащей аэропорта и сказала, что ее попросили встретить меня и посадить в автобус, который едет до Танзании. Я предполагал, что Африка — это непредсказуемая страна, и африканцы — непредсказуемые люди, но чтобы до такой степени, я не мог себе представить. Мне стало понятно, что дальше будет ещё круче. В итоге, после долгих переговоров она всё-таки уговорила меня купить билет на этот единственный рейс до Танзании, сказав, что, если не ехать сегодня, то придётся съездить в город, переночевать там и завтра снова ехать на этом же рейсе. Несмотря на договорённость, за мной в Кению никто не собирался ехать. Я не знал, насколько это правильно: сесть в какой-то автобус и ехать Бог знает куда, и потом, как и где я найду тех людей, которые должны были встретить меня и сопровождать по незнакомой и загадочной стране? Я кое-как дозвонился до Москвы и там подтвердили, что мой проводник вечером приедет в танзанийский город Арушу и встретит меня там. И вот, дорогой мой читатель, на таких весёлых нотах начались мои приключения в Африке.

Не успев отъехать от Найроби и пятидесяти километров, я окаменел на месте, когда из окна автобуса увидел антилоп, страусов и ещё всяких разных животных. Я знал, что в Африке увижу всё это, но чтобы так близко к городу... Я прилип к стеклу автобуса и глазами жадно сканировал всё вокруг. На фоне абсолютно ровной долины виднелись отдельно стоящие зонтообразные деревья. Вокруг было много животных.

024 015

Через 30 минут наш автобус резко притормозил и встал. Ехавший впереди нас автомобиль сбил гепарда, бедное животное в крови лежало слева от нас. Пассажиры с криками: «Чито! Чито!» (так звучит гепард на местном диалекте) сгрудились на левой стороне автобуса и по пояс высунулись из окна. Я тоже, толкнув кого-то, высунулся. И был поражён происходящим: я впервые в жизни видел гепарда, и тут мой взгляд остановился на людях, которые стояли над мертвым животным. Они были довольно высокого роста, худощавого телосложения. На них были накидки ярко-красного и оранжевого цвета с синими клетками, которые создавали сильный контраст с их чёрным цветом кожи. В руках они держали длинные копья. Я смотрел то на них, то на гепарда, не понимая, кто больше производит на меня впечатление, и кто из них больше выражает дикую первозданную природу. Да... я находился в Африке всего только несколько часов, но уже полностью был погружен в этот загадочный мир. Дорога из Кении в Танзанию была асфальтированная и ровная, но очень узкая. Встречные машины проезжали всего в нескольких сантиметрах от нас. Через 4 часа мы заехали в маленькую деревню на границе между Кенией и Танзанией, остановились у деревянного сломанного шлагбаума, который и обозначал смешную границу между двумя государствами. Вокруг туда и сюда совершенно спокойно проходили люди. К нашему автобусу сразу пристала огромная толпа местных аборигенов, питаясь продать нам всякую мелочь.

024 015

Рядом со шлагбаумом стоял африканец с очень серьёзным видом, и каждый раз вручную поднимал и опускал условленную границу. Нас попросили выйти и пройти границу пешком, через таможенный домик. Я направился в сторону маленького деревянного домика, зашёл внутрь: там беспорядочно рассекали темноту солнечные лучи, которые проникали из многочисленных щелей. За большим почерневшим столом сидел африканский таможенник. Я протянул ему паспорт. Он, не глядя на меня, взял мой паспорт, поставил штамп, который был похож на те штампики, которые раньше ставили в библиотеках, и вернул мне паспорт обратно.

Проехав ещё 4 часа, мы прибыли в город Арушу. Я засуетился, не зная, где мне выходить, я ведь не спросил, где мы должны встретиться с моим проводником. У небольшого отеля водитель нашего автобуса объявил, что это конечная остановка и попросил всех выйти. Замечу, что я не знал других языков кроме Армянского и Русского, не считая нескольких английских слов, и, на моё удивление, я каким-то образом понимал африканцев, скорее всего, чувствовал, что они говорят. Я вышел и стал взглядом искать человека с табличкой < kibo>. Но африканские шутки, видимо, только начинались. Как все уже поняли, вопреки моим ожиданиям, я там никого не нашёл. Время было около 6 часов вечера, но стояла темень, как ночью. Я разыскал в отеле телефон и стал снова набирать Россию. С меня попросили 10 долларов США за каждый звонок, не имело значения, сколько минут я разговаривал. Вот так в Африке. Мои друзья в Москве, которые организовали мою поездку, обещали во всём разобраться в течение 15 минут. Через 15 минут исчезла ещё одна десятидолларовая купюра, но из Москвы отвечали, что не могут дозвониться до моего проводника и придётся ещё «немного» подождать. Ничего не оставалось делать, как просто с улыбкой воспринимать всю эту нелепую ситуацию. Я утонул в удобном кресле в фойе гостиницы и стал всё выкладывать в моём дневнике, чтобы как-то убить время. Через час ко мне неожиданно подошёл худощавый африканец и представился Абрахамом. Это был мой долгожданный проводник. Меня удивило его Еврейское имя, но это уже было не важно.

Ещу час езды и мы уже в Моше. Проводник устроил меня в уютной гостинице и уехал. Мы договорились встретиться назавтра в 9.00 в фойе гостиницы. Время было около 20.00, но после всяких перелётов, переездов, и, получив изобильную порцию африканского юмора, я хотел спать. Приняв душ, я завалился на широкую кровать, натянул куполообразную москитную сетку и погрузился в глубокий сон. Проснулся я от приятного чириканья птиц. Было 5.15 утра, на улице светло. После приятного сна я чувствовал огромный прилив сил и не хотел больше валяться в постели. Я вышел на балкон. Передо мной на зелёном высоком дереве с запутанными ветвями, весело чирикая, прыгало множество бордово—оранжевых и красно-коричневых маленьких птичек. Их приятное пение вполне можно было назвать райским. Я закрыл глаза и погрузился в мелодию...

В 8.00 я сдал номер, позавтракал и ровно в 9.00, как договорились, стоял в фойе гостиницы. Вчерашний мой опыт подсказывал мне, что слово пунктуальность придумали европейцы и только, наверное, для себя. Это слово никак не подходило для Африки. Здесь никто никуда не торопился и ничего страшного, если они опаздывают на час или на три. На этот раз мне повезло. Абрахам появился через час с человеком на вид лет сорока, с круглым лицом, и представил его: «Матеас». Почти как Армянское имя Матевос. На маршруте он одновременно должен был исполнять обязанности гида и повара. С первых минут нашего знакомства я испытал симпатию к нему, было ощущение, что я уже был знаком с этим человеком.

024 015

Национальный парк Килиманджаро. Толпы туристов, носильщиков и просто зевак.

После оформления нескольких бумаг и размещения груза мы тронулись в путь. Кроме Матеаса со мной шли ещё трое носильщиков, они несли всё снаряжение и груз — около 80 килограммов на всех. Можно было и самим нести, но здесь такие правила: на одного альпиниста — один гид и три портера и никак иначе. Я шёл, неся с собой только видео и фото камеру.

Погода была хорошая около +20 С. Мы шли по хорошо ухоженной тропе, через джунгли, слева и справа везде валялись охапки свеже вырубленных кустов. Матеас рассказал, что джунгли постоянно пытаются проглотить тропу, а они не дают. С тропой связан их заработок. По пути, проходя мимо одного носильщика, я приятно удивился, увидев на нем командную майку моих друзей, альпинистов из Москвы, альпиндустрия. Вот это реклама, подумал я, даже в джунглях Африки люди ходят в майках команды приключений! Я снял все это на видео, чтобы в Москве приятно удивить своих друзей. Мой гид всё время отставал. Через час мы остановились перекусить. Здесь были еще несколько туристов. Мы заговорили и двое канадцев лет пятидесяти спрашивали, откуда я родом. Я ответил, что из Армении, из города Ереван, подумав, что они, наверное, не знают город Гюмри. Не расслышав, они переспросили меня: «Из Вана?» Я ответил: «Нет, из Еревана, а Ван — это Турция». Здесь они вдвоем стали твердить, что Ван — ЭТО АРМЕНИЯ, что они были там и видели озеро Ван. Только через несколько минут до меня дошла суть происходящего. И я начал осознавать, что это была не случайность. СЛУЧАЙНО в джунглях Африки не встречаются канадцы, которые были на земле моих предков и хорошо знали историю этой земли, твердя, что ВАН — это АРМЕНИЯ.

ГОСПОДЬ БОГ направил меня на дорогу, которая привела меня в Африку именно в этот час, чтобы устами двух незнакомцев с другого континента передать мне знания и открыть в моем сознании простую истину: не смотря на то, что большая часть земли моих предков сейчас находится в Турции, она всегда останется Арменией. Честно говоря, мне стало стыдно перед самим собой, осознав то, что в душе я уже потерял ту Армению, которую оставил.

Мне надо было пересечь тысячи километров, доехать до Африки, чтобы понять: мы не имеем права терять веру. Мы должны сделать всё для блага нашей Родины, не имеет значение, где мы живем и чем мы занимаемся. Мы не имеем права предать наших предков. Ведь они так верили в НАС. В моёй душе внезапно появилась твёрдая решимость, и я громко сказал себе: «МЫ ВЕРНЁМ ПОТЕРЯННУЮ АРМЕНИЮ, МЫ ВЕРНЁМ АРАРАТ».

Чуть позже, придя в себя после случившегося, я взглядом стал искать канадцев, чтобы пожать им руки и сказать спасибо. Ведь эта короткая встреча настолько изменила меня. Но их уже не было. Поблагодарив ГОПОДА БОГА за всё, я стал медленно подниматься по ухоженной тропе среди густых зарослей джунглей. Я время от времени останавливался, ожидая своего гида. Потом мне надоело всё время останавливаться, и я решил просто идти очень и очень медленно, в надежде, что он меня догонит. Я шел, наблюдая и созерцая всё вокруг. Кроны деревьев надо мной полностью закрывали небо. Солнечные лучи, с трудом прорываясь сквозь густые заросли, освещали лес таинственным светом. Моё обоняние ловило малейшие запахи джунглей. Скоро вовсе стемнело. Начался моросящий дождь. Вокруг всё погрузилось в загадочный, какой-то необычный прозрачный туман. Вскоре я почувствовал, что нахожусь в каком-то непонятном для меня состоянии. Не знаю, чем это было вызвано. Может быть длительной прогулкой медленным темпом, может быть сказочным состоянием леса. Мои ноги как будто шли сами по себе. Я медленно двигался вперёд, как будто, не касаясь земли. Это было похоже на полёт во сне, так же легко, совершенно не чувствуя тяжести тела и притяжения земли, я пытался включить разум, чтобы как-то объяснить происходящее, но ничего не получалось. Я, как будто, растворился и одновременно находился везде. Время от времени я замечал необычные светотени и самые тусклые лучики солнца. Я одновременно слышал все звуки джунглей, от самого слабого и далёкого, до самого громкого и близкого. Они не мешали друг другу, каждый из этих звуков занимал свою отдельную ячейку в моём слуховом восприятии. Я очень четко СЛЫШАЛ, как ломается под ногами даже самый маленький сучок, и звук от удара капли о листик, и самые далекие крики каких-то животных. Никогда раньше я так не слышал. Мне было безумно приятно.

024 015

Я потерял грани реальности, и мне иногда казалось, что сейчас я проснусь от пиликания будильника и, протирая глаза, встану с постели. Потом в какой-то момент я обнаружил, что я потерял чувство времени и пространства, мне казалось, что я иду уже вечность, уже сто или двести лет. Для меня реальностью были только мои порхающие шаги и ничего больше. Не было ни вчера, ни завтра и ни сейчас. Я стал вспоминать себя, свой дом и работу, своих родных и друзей, но всё это было похоже на воспоминания старого фильма или прочитанной книги. Я думал, что тот человек был не я. Я — это вот здесь порхающее существо. Не знаю, сколько длилось это состояние, но оно так же внезапно исчезло, как и появилось. Сначала я стал ощущать биение моего сердца, которое окончательно и вернуло меня в себя. Я был ошарашен, это было сверх любых блаженств, которые я когда-либо испытывал. Я, наверное, случайно шагнул за грань и очутился в параллельном мире.

Скоро меня догнал Матеас и предложил дождаться носильщиков. Палатки были у них, лучше было ждать их здесь, чем наверху, на ветру. После тридцатиминутного ожидания мы с Матеасом медленно стали двигаться наверх, в надежде, что они нас догонят. Вскоре мы добрались до места первого лагеря. И хотя шли мы очень медленно, нам всё равно пришлось ждать носильщиков, которые появились только через минут сорок.

Вечерело. Мы быстро поставили палатки. Матеас из каких-то растений сварил очень вкусный суп. Время было 20.30, но уже давно стояла глубокая темнота. Я поужинал в темноте. Погода стояла замечательная, без единого звука и ветра. Приятно прохладный воздух был пропитан запахом джунглей. Надо мной всё небо было покрыто яркими звёздами. Всем спокойной ночи.

024 015

Проснулся я утром от звонкого смеха моих носильщиков. Моя первая ночь на склонах Килиманджаро была замечательной, я видел прекрасные, цветные сны. В отличном настроении я вышёл из палатки. Ни единой тучи, солнце светило ярко. Позавтракав, мы двинулись вперёд. Матеас, как и вчера, всё время отставал и повторял, что я иду быстрее, чем надо. Вчерашнего тумана не было, и я наконец-то увидел окружающую меня местность. Скоро ухоженная тропа кончилась. Густые заросли тоже остались внизу. Местность стала скалистой. Вокруг повсюду стояли стволы мертвых деревьев, покрытые длинным висячим мхом, как будто, после наводнения. Скалы местами тоже были покрыты им. Скоро не высоко над землей появился туман, который, потихонечку поднимаясь, обнял всё вокруг. Черные обугленные стволы деревьев с нависающим мхом, в тумане, выглядели как живые.

0137

Туман двигался, то, накрывая стволы, то, отступая от них. Было ощущение, что двигались сами стволы. Я шёл легко. Тропа была покрыта каким-то пепелообразным мягким, как пух, слоем. Скоро я стал ощущать, что я снова нахожусь во вчерашнем состоянии. И всё произошло так внезапно, словно по одному удару волшебной палочки. Меня это не пугало, я был рад снова оказаться в том, не знакомом, но приятном мне состоянии. Я спокойно шёл, как бы со стороны наблюдая за тем, что происходит у меня в голове. Стали появляться старые мысли и вопросы, не беспорядочно, как обычно бывает, а аккуратно и чётко, один за другим. Появляется вопрос и следом так же аккуратно и понятно для моего разума появляется ответ на него. Было очень странно: ответы на многие вопросы, которые годами крутились во мне, оказались такими простыми и ясными. Удивительно было то, что я их знал. Ведь сейчас на них отвечал Я. Стало ясно, что моё тело и внутреннее Я всё знают, надо только некое состояние, похожее на теперешнее, чтобы эти знания поднялись из глубин. Проходя в плотном тумане, среди невысоких кустов, время от времени без причин моя кожа покрывалась мурашками, и волосы становились дыбом. Моё тело ощущало и впитывало силу этих мест. А моё другое Я наблюдало за всем этим. Я внезапно вспомнил Дона Хуана из книги Карлоса Кастанеды. Во мне царила абсолютная ясность. Мне показалось, что вся сила Африки было сконцентрирована именно здесь на Килиманждаро.

До отъезда я узнал от друзей, которые уже были здесь, что на горе очень жарко, палящее солнце появляется с раннего утра до самого вечера. Но вот уже второй день я видел только загадочный туман и больше нечего. Наверное, гора Килиманджаро такое состояние готовила специально для меня, показав весь загадочный и таинственный, скрытый от постороннего взгляда свой внутренний мир. Почти через четыре часа мы с Матеасом дошли до места следующего лагеря на высоте 3700 метров. Носильщиков пока не было. Туман сгущался до предела. С трудом было видно пальцы на вытянутой руке. Из тумана тут и там слышались голоса людей, они сначала гасли, а потом эхом отдавались с другой стороны. Голоса сами по себе бродили в тумане. Я сел на камень и решил подождать, в тумане можно было легко потеряться. Вдруг слева от меня туман прорезал какой-то острый крик. Любопытство заставило меня идти в сторону крика. Туман был таким плотным, что я еле видел куда наступаю. После нескольких шагов я остановился, понимая, что в таком тумане невозможно найти что-либо. Я напряг слух, но ничего не услышал, и я подумал, что острый крик, вероятно, какого-то животного мне просто показался. Я решил вернуться обратно к моему камню, но мне было совершенно не ясно в какую сторону нужно идти. И вдруг прямо рядом со мной снова раздался этот крик. Я пошел через туман на крик и чуть не столкнулся с одним африканцем. Мы остановились всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Я спросил его про крики, и он жестом руки показал направо. Сделав несколько шагов, я увидел огромных черных птиц с белыми воротничками. Сначала я подумал, что это орлы, а когда пригляделся, понял, что они не похожи на орлов. Их здесь было несколько, они, не торопясь, ели объедки, которые оставили люди и совершенно не боялись меня. Я подошел так близко, что можно было их потрогать.

0195 014

Сделав несколько снимков, я нырнул в густой туман и стал прогуливаться. Местность была довольно ровной. Через несколько мгновений туман рассеялся, и солнечные лучи робко стали освещать все вокруг. Я увидел, что повсюду стоят палатки. Через час туман стал отступать. К этому времени уже подошли мои носильщики и поставили палатки. Поужинав, я стал прогуливаться по лагерю и прокручивать в голове все события. Этот день для меня был не мене важным, чем вчерашний. Я раз и навсегда избавился от ненужной энергии, которую, не осознавая, много лет копил в себе. Я открыл ответы на неразрешенные вопросы, которые годами крутил в голове. Я был безгранично благодарен БОГУ за то, что он направил меня на этот путь и что он так заботился обо мне.

Черные большие птицы, которых днём я еле нашёл в тумане, сейчас были везде. Они, совершенно не стесняясь своих размеров, воровали всё, что плохо лежало, начиная с еды и заканчивая моим белым носочком, который я оставил у палатки. Я залез в палатку и стал готовиться ко сну с огромным чувством благодарности и любви к миру. Снова исчезло время, я не знал какой сегодня день, я чувствовал необыкновенную лёгкость и умиротворенность.

Проснулся ночью, около 3 часов и не мог дальше спать, так и лежал до утра, крутя в голове разные мысли и события. На следующий день у нас, по плану, был день акклиматизации. Утром, не смотря на мои возражения, Матеас так и не согласился идти сразу до следующего лагеря на 4700 метров. Походив два часа, мы вернулись в лагерь. Я залез в палатку и уснул до вечера. Вечером я не смог устоять перед вкусным ужином, и, не смотря на мое решение: не есть много на горе, я несколько раз просил добавки. Поварская фантазия Матеаса не знала границ.

0185 015

После ужина в 50м. от лагеря к западу я нашёл красивое место. Сел на плоский камень на краю невысокого обрыва, свесив ноги вниз, и под весёлоё чирикание птиц провожал закат. Внизу, до самого горизонта, вдаль от меня уходили плотные облака. Они медленно двигались, словно волны сказочного океана, отражая красно-оранжевые лучи заката. Я сидел и ногами плескался в оранжевом океане. Потом встал и легкими, парящими шагами стал идти по мягкой поверхности оранжевых облаков в сторону огненного горизонта. Как будто я освещался изнутри, я чувствовал, как яркий лимонный свет выливается из меня. Надо мной поток лимонного света уходил вверх и, как будто, держал мое равновесие. Я ощущал себя рядом с Божественной силой...

С уходом последних лучей солнца улетели и большие чёрные птицы с белыми воротниками. Поблагодарив солнце, я поднялся с камня и, не торопясь, пошёл в сторону своей палатки. Как только солнце ушло, вокруг стали кишить маленькие, полосатые мыши, и точно такого же окраса маленькие птички. Они быстро стали есть остатки пищи, оставленные людьми. Они, как и большие чёрные птицы, добросовестно выполняли свои обязанности санитаров. Я быстро достал фотокамеру и с большим удовольствием занялся фотоохотой. Я взял кусочек хлеба и стал крошить в нескольких сантиметрах от себя, заставляя их позировать мне. Они, так же как большие птицы, совершенно не боялись людей. Ах! Если бы была возможность сохранить это взаимодоверие между людьми и зверями! Занимаясь фотоохотой, я совершенно не заметил, как вокруг стемнело. В звёздном небе надо мной повис серп новолуния. Я попрощался ещё с одним, богатым эмоциями и добрыми мыслями днем.

Утром после завтрака собрали лагерь. Мои помощники целый час никак не могли собрать свою хитрую палатку. В итоге, оставив их, мы с Матеасом пошли вперёд. Через пару часов дорога резко пошла вверх. Я шел легко в хорошем настроении. Это была моя дорога. В голове аккуратно крутились мысли. Я, находя ответы на них, не торопясь, анализировал, просматривая их снова и снова. Всё было так спокойно и гармонично: моё внутреннее я и внешнее совершенно не мешали и не спорили друг с другом.

0185 015

Во второй половине дня мы дошли до места последнего штурмового лагеря на высоте 4700 метров. Здесь было ветрено. Я, надев куртку, стал ждать своих носильщиков, которые появились ниже по склону через 15 минут. Я посмеялся от всей души, увидев, что один из них на себе тащит несобранную палатку. Дойдя до меня, они рассказали, что после долгих попыток, сложить хитрую конструкцию палатки им так и не удалось, и они решили нести её прямо так. Небо было затянуто серыми облаками, с вершины стал спускаться туман. Ветер стал усиливаться. Мы стояли прямо под западной стеной Килиманджаро. После горячего чая пошли спать. Решили начать восхождение в час ночи. Матеас сказал, что если всё будет нормально, мы сможем встретить восход на высшей точке Африканского континента. Я долго крутился в спальном мешке и не мог уснуть. Потом, как только уснул, меня тут же разбудил голос Матеаса, который оповещал, что время 00.50 и пора на гору.

Матеас шёл первым, я за ним, налобным фонариком освящая себе путь. Через час я стал замечать какую-то неуверенность в действиях Матеаса. Он часто останавливался, освещая фонариком то влево, то вправо, всё время повторяя: «sorri». Мне стало ясно, что он потерял дорогу. Мы карабкались по скалам то вверх, то вниз, то направо, то налево, пытаясь найти путь к вершине. Батарейки в фонарике замёрзли. Я сменил их, но новые тоже быстро сели. Дальше одного метра всё было во власти тьмы. Мы всё бродили в темноте, не зная куда идти. Не смотря на мою хорошую физическую форму, почему-то мне стало трудно идти. Очередной раз я остановился и хотел прислониться к большой чёрной скале справа от меня, чтобы перевести дух. Осветив фонариком эту сторону, я замер на месте. Я стоял на грани, всего в нескольких сантиметрах от пропасти. Бездонную пустоту в темноте я воспринял за огромный массив скалы. Я ясно почувствовал рядом со мной присутствие ВСЕВЫШНЕГО. Он сберёг меня от неверного шага вправо. Я стоял почти на краю пропасти. До этого момента я всё время думал и сердился на Матеаса: как он мог потерять дорогу, ведь он на Килиманджаро был несколько десятков раз по разным маршрутам! Почему мы не пошли с южной стороны, как все, и как попали на такой скалистый участок? Без всякого снаряжения мы карабкались почти по вертикальным скалам, фонарики не освещали дальше полуметра, от напряжения сильно уставали глаза. Я время от времени направлял свой взгляд на восток в надежде увидеть, как светлеет небо, и думал: протянуть бы до рассвета, а там видно будет. Но на востоке в чёрном небе сверкали только яркие звёзды, и не было никакого света. И сейчас мгновенно стало ясно для меня, что это был именно мой путь к вершине Килиманджаро. Моя дорога на вершину не была похожа на ту лёгкую дорогу, которую описали мне те, которые раньше были здесь. На сегодняшний день, Килиманджаро для меня - самая сложная гора. Не смотря на сложность маршрута, у каждого свой путь к вершине.

Мы с Матеасом всё карабкались наверх, проходя скалу за скалой. Мне было трудно, но я был счастлив и благодарен судьбе, за то, что мне выпал такой нелёгкий путь, я многое смог в себе открыть. В какой-то момент я, случайно подняв глаза, прямо над собой увидел свою звездную тройку. Я принял это за хороший знак. Через несколько минут мы вышли из скального участка и внезапно оказались на гребне горы. Небо стало светлеть. Отсюда нам стало всё ясно, мы свернули направо и шли в сторону пика Ухуру почти по горизонтали. Небо стало светлеть именно после того, как мы преодолели сложные скалы, не раньше и не позже. Я понял, что именно так и было предназначено судьбой. Меня переполняла радость, путь, полный испытаний, которые были приготовлены для меня, я прошёл с высоко поднятой головой, светлыми и добрыми мыслями. Матеас, который все это время молчал, чувствуя себя виноватым за все происшедшее, наконец-то улыбнулся. Через тридцать минут мы уже были под вершинным гребнем пика Ухуру. Впереди сверкали три фонарика. Они опережали нас минут на 20… Мы свернули направо и стали подниматься по некрутому подъёму на седловину, между двумя вершинными пиками. Я время от времени смотрел назад. Позади меня небо стало ярко лимонно-оранжевым. Первые лучи солнца оповещали о начале нового дня. Всё, к чему они прикасались, становилось лимонно-оранжевым. Скалы, лёд и даже мы горели ярко оранжевым огнём.

Вчера мы планировали выход так, чтобы встретить рассвет на вершине Килиманджаро. Первые лучи солнца застали нас всего за 30 минут от вершины. Но это было уже не важно. Я благодарил БОГА, что нам вообще удалось дойти.

Не далеко от нас впереди уже был виден деревянный щит, обозначавший вершину пика Ухуру на горе Килиманджаро. В моём сердце схлынули радостные чувства. Мои ноги двигались медленно, слегка качающейся походкой, которую я назвал «танец с горой».

Ещё чуть-чуть… и 18 сентября 2004 года в 06-50 мои ноги прикоснулись к высшей точке Африканского континента.

0120 02

На вершине уже были несколько человек, мы радостно обнялись и поздравили друг друга. Солнце, которое проснулось недавно, обняло всё вокруг. Голубые ледники от прикосновения волшебных лучей искрились, принимая фантастические оттенки. Я широко раскрыл руки, обнял солнце и стал молиться за всех нас.

Потом присел на камень и ещё раз прокрутил события сегодняшнего дня. Какой опасный и трудный оказался мой путь к этой нетрудной горе!

В эту ночь мною было отдано многое, едва не жизнь, и это вполне стоило этих безумно счастливых мгновений на вершине.

Да, насколько сладок вкус победы — настолько же тяжек путь к нему.

Я провёл сорок счастливых минут на вершине сверкающей горы. Я молился и созерцал, желая мира и добра на всей нашей планете.

05 0113

Мы с Матеасом стали спускаться по южному склону. Склон был покрыт осыпью, по которой мы быстро, как на лыжах, катились вниз. От радости у нас в жилах кипела кровь и уже через час мы оказались на твердой каменной тропе. Стояла жара около +37 С. Под нами, все до горизонта было покрыто облаками. Как будто мы спустились прямо на облака. Через некоторое время спуск стал утомлять меня. В горле все пересохло от пыли и жары, пот ручьями стекал со лба и обжигал глаза. Я шел целую вечность, минуты текли как часы. Спуск казался невыносимо бесконечным. Я почему-то спешил, мчался вперед, торопился, сам не знаю куда, хотелось побыстрее дойти до лагеря, хотя времени было только 10 утра. Потом до меня дошло, и я сам себе сказал: Куда бежишь? это же твоя дорога, твой путь. Я решил о чем-нибудь думать, мечтать, чтобы отвлечься от утомительного спуска. Но, к моему удивлению, я оказался совершенно пустыми и чистыми.

Уже обо всем было продумано и помечтано. Это было странное, но очень приятное для меня состояние пустоты и растворения. Я впервые почувствовал абсолютную чистоту внутри себя. Килиманджаро полностью очистила и стерла мое старое Я.

Теперь по склону спускался совершенно другой человек, который с распахнутой и чистой душой шел на встречу новой судьбе.

05 0113

После восхождение на Килиманджаро я провёл ещё несколько чудесных дней в долине Серенгети. Вокруг кишели дикие звери. Каждый раз, увидев львов, гепардов, шакалов и других диких животных, я радовался и прыгал в джипе, как маленький ребёнок. Это было так замечательно видеть этих диких зверей не в зоопарке или по телевизору, а прямо рядом с собой. Они жили своей жизнью, в которую ещё не вмешался человек. Потом я побывал в племени Массаев-Имаро и, пообщавшись с ними, узнал много интересного из их жизни. Они спели мне песни и продемонстрировали несколько ритуальных танцев. Это было так замечательно! Я многому научился, и многое открыл для себя, общаясь с этими удивительными людьми.

05 0113
05 0113 05 0113

P.S. Гора Килиманджаро приняла меня с загадками. С первого и до последнего дня я так и не понял, где начинались и заканчивались грани реального. Гора помогла мне найти в себе ответы на многие вопросы. Она очистила меня и подарила незабываемые чувства и ощущения. Часть сверкающей вершины навсегда останется в моём сердце.

Артур Карапетян